Аиррэль решает не прятаться от Создателя. Стражи ведут его через Золотые Врата, крылья связаны Небесными Жгутами, мраморная анфилада теряется в облаках под ногами. В воздухе пахнет ландышами — запах, который может обмануть, а может и нет. Он думает о Скай, о письме, которое успело до него дойти, и улыбается сквозь слёзы прямо перед Троном, пока Велиал ломится в зал с криками, а Люцифер появляется из алых спиралей, и тут же начинается драма, в которой все забывают про связанного архангела.

Аиррэль всегда исполнял волю Небеса, карал предателей, следил за Равновесием — веками, тысячелетиями. В чужих свитках пишут иное: будто он носил серьги еретиков, молчал о нарушениях, потакал демонам. Но впервые в жизни он полюбил смертную, связал себя с ней узами, и теперь это «впервые» стоит перед судом сильнее всех его заслуг. Он неудобен тем, кто считает любовь падением хуже греха, и неудобен самому себе — потому что не жалеет ни о чём и сделал бы всё снова....