Фёдор Никитич Захарьин-Юрьев в восемь лет уже знает, что внутри него живёт чужак. Он закрывает глаза — и чужие слова срываются с его губ, чужие знания выстраиваются в памяти рядами цифр и формул. Двойная бухгалтерская запись, индийские цифры, пифагорова таблица — всё это он «вспоминает», хотя никто не учил. Дед, государственный казначей Михаил Головин, принял мальчика к себе после того, как тот переписал казённые книги по-своему, и теперь Фёдор оказался в Кремле, у царя, которому лечит спину пчелиными жала́ми и рассказывает про английских шпионов.

Иван Васильевич смеётся над его шутками, бьёт в шашки на щелбаны, обещает вписать в боярский список. Но дед шепчет на прощание: царь кожу с живого содрёт, что в носу поковыряться. Фёдор уже видел, как Иван Васильевич играет гневом, как меняет маски, как вдруг замирает с подозрением в глазах. Рядом с ним смешно и страшно, и каждый визит — хождение по льду, который может треснуть под ногами восьмилетнего мальчика, которого считают вундеркиндом....